Комментарий Елены Чекаловой к статье о Лавке

Сталик! Поскольку я не в ЖЖ, размести сам мой комментарий: всё, что происходит в «Лавке» и с «Лавкой» — вполне логично. Господа, ну, не может быть отдельно взятого чистого острова в стране, где все тонет в прямом и переносном смысле. «Булгария» — последний пример того, куда мы катимся. Сделали ЕГЭ по типу западного бакалавриатского экзамена — вышел полный провал с той же коррупцией и обманом. Ну, откуда взяться нормальному фермерству там, где людям не дают нормально жить и работать, где их и за людей не считают, а они это терпят? Мой приятель питерский ресторатор Арам Мнацаканов, на вопрос, почему в его заведениях нет продуктов российских фермеров, ответил: «Нет надлежащего качества, и даже средний уровень нестабилен. Многие фермеры бояться ставить своё имя на этикетки продуктов: а вдруг наезд, и вообще всё отберут».

И я знаю, что это чистая правда. В моём доме живет один замечательный парень — гражданин Швейцарии, но русский по происхождению — не новый русский, а старый русский, из бывших графов. Так вот, женился он на нашей девчонке, решил жить в России, заняться сельскохозяйственным бизнесом. И чтобы все по правилам, по закону, с надлежащим качеством. Наверное, догадываетесь, чем весь этот романтизм закончился? Слава Богу, жив остался. А здоровье, увы, сильно пошатнулось. Откуда взяться нормальным продавцам фермерского товара, если кругом один распил, а безнравственность стала нормой жизни? Если первые лица страны беззастенчиво врут народу, а народ это сносит? Если нет законов, нет суда, нет прессы, нет выборов и выбора. А поэтому уже нет конкуренции, медицины, образования, фермерства, честной торговли, честного бизнеса и всего остального. Ну, не может хороший продукт стать нормой в таких условиях.

Лет 15 назад в Калифорнии, которая, как тогда и вся Америка, не слишком-то славилась качественными продуктами, начали большую государственную программу в поддержку фермерства. Цель была такая: создать здоровый конкурентный рынок. Любой человек мог получить сотку земли под огород за символический доллар. Фермерам разрешили устраивать воскресные рынки без арендной платы, а покупателям бесплатно парковать там машины. По ТВ фермеров и их продукты показывали чаще, чем президента и сенаторов. Людям внушали: это важно для будущего страны, чтобы все готовили из местных продуктов, покупали на рынках, поддерживали фермеров и питались по сезону, чтобы стремились питаться органическими продуктами, непременно местного производства и сезонными. И ведь как это здорово покупать у знакомого фермера, с которым в идеале нужно дружить, обсуждать почву и погоду, а потом находить время для долгих собственноручно приготовленных трапез с родными и друзьями и, может быть, разбить свой сад или хотя бы грядку и, наконец, понять, что такое радость и счастье. Вот, может быть вы удивитесь, но благодаря этой программе в Калифорнии было открыто более 1000 рынков.

У нас, как известно, их число год от года сокращается, а теперь московские власти вообще хотят их изничтожить. Почему — понятно. Гораздо удобнее рэкитировать супермаркеты. Два года назад в центре калифорнийской Санта-Моники я увидела поразительную картину. В общем-то бесцельно брела по Променаду — тамошней пешеходной улице шикарных бутиков, и вдруг оказалась между прилавков с горками овощей и фруктов, с кучками зелени и пирамидками сыров. Променад решительно пересекал рынок — только пройдя через него можно было снова глазеть на витрины. Ну, представьте себе: это как если бы у нас от Третьяковского проезда Mercury до Гумма Bosco шел колхозный ряд. Правда, ни продавцы, ни продукты не походили на наши рыночные. Я никогда не видела синей кукурузы, белых с сизыми прожилками, каких-то мраморных баклажанов, таких крошечных, будто игрушечных брокколи и артишоков, такого разнообразия сортов свекольной ботвы и молодой фасоли. Многих овощей и фруктов я вообще не знала, другие лишь отчасти напоминали что-то знакомое.

Увидев на одном из прилавков целую гору виноградных листьев, подумала: наверное, они здесь тоже делают долму. Даже решилась спросить продавца — седого моложавого мужчину интеллигентной внешности, чем-то похожего на школьного учителя. Я никак не ожидала той готовности, с которой он тут же представился Алексом и принялся рассказывать, что в молоденькие листочки очень здорово завернуть козий сыр (он тут же показал на прилавок, где можно купить самый для этого дела подходящий) и обжарить на оливковом масле — минутки по две на каждой стороне. Обжаренные листочки, говорил он, превращаются в тонкую хрустящую корочку, которая держит теплую сырную лаву — изумительная закуска под сухое красное (уже попробовала, правда, с засоленными листьями: все так и есть). А листочки побольше хорошенько промасливают, завертывают в них рыбу и жарят на гриле — тогда она не теряет сочности и насыщается тонким ароматом.

Вдруг Алекс подмигнул мне и скосил глаза вправо: у соседнего прилавка стояла Джулия Робертс и точно так же, как я, болтала о чем-то с продавцом трав. Ну да, Голливуд рядом, но чтобы вот так сама пришла покупать зелень? Потом я поняла логику расположения рынка: он даже более модное место в городе, чем самые модные бутики, и товар здесь именно бутичного уровня. В Лос-Анжелесе, как и во всей Калифорнии, увлечение биологически чистой едой превратилось в новую религию. Органические (выращенные без химикатов) продукты здесь продаются уже не только в довольно дорогих супермаркетах «Whole Food», но и в дешевой сети «Wallmart».

Однако самой качественной считается еда с рынка. «В 60-е и даже 70-е годы, — объяснил мне Алекс, — люди довольствовались супермаркетами с двумя видами картошки и тремя сортами яблок, а теперь до всех дошло, что настоящий продукт может быть только на рынке. Раньше я за копейки сдавал большим торговым сетям недозрелый виноград, они боялись, что полностью готовый может пропасть на складе. А теперь я сам привожу на рынок продукт в зените его зрелости, и его покупают за хорошие деньги» (замечу, что там «хорошие» цены гораздо ниже «лавочных» при том, что труд куда дороже). Когда я спросила, не боится ли он кризиса, Алекс весело ответил, что уверен в себе и в будущем вне зависимости от того, падает доллар или растет. Потому, что качественные продукты – это последнее, в чем себе откажут калифорнийцы, мол, они уже поняли, что есть истинная ценность. Он рассказал историю одного своего приятеля, который нашел на собственной земле какой-то необыкновенный вид золотых лисичек с запахом трюфелей и буквально за несколько лет стал богатым человеком.

На том же рынке я увидела прямо какой-то сон Веры Павловны: огромный стол, и вокруг него суетились люди — они записывались на бесплатные лекции в городскую библиотеку, где каждую неделю выступают местные фермеры и повара, и ученые, которые занимаются выведение новых сортов и восстановлением утерянных. Оказывается, здесь рассказывали про нашего Николая Вавилова, о том, что великая агрономическая революция могла бы произойти в России. Алекс так и не понял, как же так случилось, что человек, открывший способ накормить весь мир, был приговорен к голодной лагерной смерти. Слава богу, что ему так трудно это понять. Но ведь нам с вами все это так понятно. И совсем не понятно, то, как живут люди в Санта-Монике, которые, в отличие от нас, не знают пока, кто будет следующим президентом США.

Зато у нас, в отличие от них, есть некий стиль жизни, который называется гламурным (хотя вроде бы именно они, а не мы, живут рядом с Голливудом). Согласно его законам, порядочные люди — это те, кто на Рублевке, кому вообще безразлично, что сколько стоит: 50 или 5000 — не всё ли равно? Остальные — безмозглое быдло. А как уж ты на этой Рублевке окажешься, на чём заработаешь свой баблосик вопрос не столь важный. Когда нет морали и закона, единственный критерий «порядочности» — бабло, которое, как известно, побеждает все, пусть его источник хоть растление малолетних.

Вот по всему по этому я и не понимаю, почему так задевает «Лавка» в то время, как гнуснейшая история с Матвиенко, ради которой проведут так называемые ломоносовские выборы, вроде всех устраивает? Ну, никто в своих ЖЖ по этому поводу особо не вопиет! Вот, правда, я бы очень удивилась, если бы «Лавка» была какой-то иной, и действительно кто-то пуп свой там рвал, чтобы помочь фермеру. Реально они могут (хотя вряд ли сделают) в лучшем случае одно: превратить фермера в модного персонажа, как это уже произошло с поваром. И то было бы неплохо.

Текст: Елена Чекалова. Источник.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

 

Оставить свой комментарий

Наверх