Green papa

Сегодня мы представляем вам статью Владимира Ляпорова, опубликованную в журнале «Бизнес-журнал» №24 от 06 Декабря 2005 года.

Запущенная российская земля, к которой лет пятнадцать не прикасались ни плуг, ни борона, ни рука агронома, приобретает просто фантастическую привлекательность для предпринимателей, делающих деньги на поставках экологически чистых, без единого намека на генную модификацию продуктов.

 

Первые инвесторы уже активизировались

Кристальная белизна до горизонта, тишина до звона в ушах и призрачная деревня в три покосившихся дома. Еще через несколько километров — последний реликт советской эпохи в виде полуразрушенного коровника. Потом пропадает мобильная связь. Вот в такой живописной глуши приобрели землю кинорежиссер Андрей Кончаловский и политик Валерий Драганов. Интересно, что все–таки заставляет московский crеґme-de-la-crеґme, привыкший к альпийским шале и лазурным берегам, полюбить вдруг васильки да лютики?

Ответ «Бизнес–журнал» нашел в поселке с говорящим названием «Имени Льва Толстого» в 300 километрах от Москвы, где хорошо известный в модной индустрии столичный предприниматель Александр Бродовский предстал в амплуа одного из первых экологических землевладельцев. И в роли едва ли не единственного некабинетного эксперта.

Для увеличения фото — щёлкните на нём мышкой.

Фото 1. Зепп Хольцер на однодневном семинаре по пермакультуре, Тульская область.

Что немцу хорошо…

Среднерусская Niemandsland (ничейная земля, как выразился побывавший в этих краях немецкий фотограф) вовсе не призвана конкурировать с виноградником в Лангедоке или фермой в Тоскане как способ привычного сохранения денег. Наши скромные перелески и одичавшие поля оказались востребованными с довольно неожиданной и весьма перспективной стороны — для развития актуальнейшего направления permanent agriculture. В отличие от агропромышленности, которая делает ставку на интенсив («больше продукта с меньшей территории»), экологическое сельское хозяйство архаично. То есть: никакой химии и генной инженерии. Здесь требуется как можно больше земли и как можно меньше технологий. И в этом смысле запущенность русской земли неожиданно оборачивается самой позитивной и выгодной стороной.

…До Калуги машину можно гнать быстро по приличному шоссе. А затем трасса постепенно превращается в направление. Город Суворов. У единственной гостиницы — увесистые корпуса двух новеньких джипов с московскими номерами. Вокруг небольшая суета. Немецкая речь. Здороваюсь, знакомимся. Высокого блондина в походных ботинках и часах Breitling зовут Карл-Людвиг Швайсфурт. Немецкий мультимиллионер, хозяин первого европейского биопроизводства Hermannsdorf и бывший («в прошлой жизни», — как пояснил сам герр Швайсфурт) владелец всемирно известной колбасной марки Herta.

В 1984 году «мясной магнат» продал Herta (5 000 сотрудников, 10 фабрик, оборот 900 миллионов евро) корпорации Nestlеґ. И в 54 года занялся производством чистых продуктов по традициям предков, создав сеть крестьянских дворов Hermannsdorfer. Тогда коллеги по цеху крутили пальцем у виска. А сегодня, когда немецкие супермаркеты теряют по 2% денежной массы в год, доходы биоконцерна каждый год набирают по 10% и доросли аж до 10 миллионов евро, что для консервативного фатерлянда очень и очень неплохо.

А этот плотный, крепко сбитый бородач — Зепп Хольцер, австрийский гуру permament agriculture. Построив в альпийской глуши образцовый экологический хутор Krameterhof, теперь он руководит проектами в фамильной резиденции Лихтенштейнов, частном имении Сваровски в горной Шотландии и на хуторе в трехстах километрах от Москвы.

В имение «Гледфилд» Герхард Сваровски инвестировал сотни миллионов евро. За последние десять лет здесь вылавливают по три десятка лососей и подстреливают двадцать оленей за год. Куропаток не трогают — нужно увеличить поголовье. Есть пруды, в которых водится форель. Однако недавно герр Сваровски выставил свое шотландское имение на продажу, пожелав купить земли в «третьих странах». Цель визита немецких товарищей — на эксклюзивной основе проконсультировать весьма интересный русский проект: экологический хутор, который заработает через пару лет, поставляя натуральные продукты питания москвичам.

— В Европе все земли освоены примерно так же плотно, как сейчас на Рублевке, — говорит Александр Бродовский. — Чистая земля — самый большой дефицит. И в этом особая ценность не избалованных вниманием агротехников среднерусских областей. У нас же почти пятнадцать лет земля отдыхала от агрономов и позволяет начать с чистого листа. В Европе на гектар земли расходуют 800 долларов в год. У нас — всего 9. Так что на большей части сельской местности аграрные технологии не проявляли себя давно. Для промышленного сельского хозяйства это плохо. А вот для развития направления organic food — как раз то, что надо. Хотя, конечно, самая большая проблема — люди. Поэтому мы планируем открыть в деревне школу, чтобы учить подростков сельскому хозяйству. А местных ребят после армии охотно возьмем на работу.

Естественно, лучшие поедут учиться в Германию к немецким партнерам. Я надеюсь, что со временем мой сын Петр, закончивший обучение в Британском университете, поработав региональным директором в английском Aldi, сумеет принять руководство новым семейным делом. Поначалу, конечно, может показаться, что все это не более чем приключение. Идея, действительно, не совсем тривиальна для сегодняшней России, когда покупка любой недвижимости воспринимается как дорогая забава или брокерская операция. Но правда в том, что каждый, кто купил в собственность большой участок земли, рано или поздно приходит к вопросу о том, как можно использовать эти земли с умом…

Фото 2. Зепп Хольцер на годовом курсе обучения пермакультуре, Тульская область.

Ретро–футуризм

На самых дорогих французских сырах значится точный адрес двора–производителя. На некоторых даже печатают портреты крестьян. Все просто. Чем более локальным является продукт, тем выше его ценность. «Какая, на ваш взгляд, самая прибыльная и быстро развивающаяся компания в мире? — с улыбкой спрашивает Александр Бродовский. — Компьютерная Microsoft? Биоинженерная Henogen? Ничего подобного. Это Archenoa — поставщик генетически немодифицированных семян!»

Интересно, кстати, что австрийский «колбасный король» Ширен Хоффер, узнав о планах экологического хутора в России, с ходу предложил поставлять генетически немодифицированную сою для своих колбасных заводов. В Австрии ее просто негде вырастить! А как вам такой факт — килограмм картофеля La Bonotte, выращенного на острове Нурмутье у берегов французской Бретани, продают владельцам ресторанов по 500 евро? С точки зрения европейских консультантов, в России сейчас идеальные условия для развития экологического производства. Кстати, Москва еще не может позволить себе такую простую вещь, как натуральная еда. И дело не в деньгах, а в отсутствии предложения. По той же причине закрылся первый столичный биомагазин «Рыжая тыква»: недостаток поставщиков обычных, чистых продуктов.

Социальная актуальность таких проектов очевидна: когда все продукты одинаково анонимны, а реклама все больше склонна к манипуляции образами, наиболее состоятельная и культурная часть общества принимается за переосмысление отношения к брэндам. Обеспеченного горожанина интересуют уже не упаковка и слоган, а происхождение продукта.

Фото 3. Зепп Хольцер на одном из семинаров, организуемых Центром пермакультуры Зеппа Хольцера в России.

Качество, за которое отвечают.

Продвинутым» потребителям (в столице их около миллиона) уже не нужны рекламные брэнды. Но они больше не хотят и анонимности. Частные марки, гарантирующие происхождение, — вот что востребовано!

Пока у москвичей выбора нет. Разве что, лишь красиво упакованные овощи и фрукты Novikov из тепличного хозяйства Аркадия Новикова в Горках, представленные в «Глобус Гурме», «Седьмом континенте» и «Алых парусах». Но нет мяса, хлеба, картофеля, овощей, масла, сыра… Несколько гурме–бутиков в состоянии удовлетворить спрос на изысканные деликатесы, но не могут решить вопрос чистого питания на каждый день.

Эпоха господства супербрэндов на рынке продуктов питания сегмента premium может скоро закончиться. Да и исследования агентства Hartman Group обнаружили любопытные особенности активных эко-шопперов: они гораздо менее зависимы от прямой рекламы, а раскрученные супербрэнды вызывают все большее недоверие. Действительно, если компания всю жизнь производила «эрзац-продукты», а затем вдруг заговорила о здоровом образе жизни, в искренность подобных заявлений поверить трудно. Тем временем новые марки и небольшие компании пользуются все большим доверием, когда речь заходит о натуральности и чистоте.

Автор: Владимир Ляпоров, опубликовано в журнале «Бизнес-журнал» №24 от 06 Декабря 2005 года. Источник.

Фото: Илья Ильин

Фото 4. Участники годовой группы обучения пермакультуре, на переднем плане виден фрагмент высокой гряды. Московская область.

Фото 5. Зепп Хольцер орудует плоскорезом.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Одноклассники

 

Оставить свой комментарий

Подпишитесь на рассылку

* indicates required
Наверх